Нельзя же так сразу стрелять!" Минуты ползли. Обернувшись, джигит зафиксировал черную точку на крыше одной сакли. Город уже жил вечерней жизнью. — Хорошо, я теперь пальцем ткну в список, во что попаду, то и беру.
— Ну, глядите же! Ой, поплатитесь вы. А второй, женский, тихий, испуганный: — Как же милиция-то пропустила его по улицам? Второе Иван Николаевич услыхал и отозвался: — Дважды желали задержать, в Скатертном и здесь, на Бронной, да я махнул сквозь забор, видите, щеку изодрал! — Тут Иван Николае вич махнул свечой и вскричал: — Братья во литературе! — Осипший голос его стал выносливее и горячей: — Слушайте меня все! Он появился! Ловите же его немедленно, подругому он натворит неописуемых бед! — Что? Что он сказал? Кто появился? — послышались голоса со всех сторон. Теперь два огней предстотояли Маргарите. Не невзначай совпадение имени Христа и Вараввы — Иисус. Лай перерос в визг, потом в ворчанье. «Буржуйская карточка», —успел взвесить Иванушка. — О, помилуйте, конечно! Вот за Хустова я, конечно, не ручаюсь! — Разве вы понимаете Хустова? — Вчера у вас в офисе видел его мельком, но довольно одно го взора на его лицо, дабы сразу понять, что сволочь, склочник, приспособленец и подхалим.
